Пути в айти | Большие Идеи

? Управление персоналом

Пути
в айти

Рынок труда в ИТ-секторе сегодня лихорадит. Многие компании и отдельные профессионалы уехали за границу — и, возможно, число эмигрантов будет еще расти. В этих условиях работодателям придется решать, как искать ИТ-специалистов, сколько им платить и как их удерживать

Автор: Юлия Фуколова

Пути в айти
SHUTTERSTOCK

читайте также

Сон важнее еды

Тони Шварц

Алексей Юрчак: О пользе бессмысленности

Мария Божович

Что сдерживает рост компании Uber

Скотт Энтони

«Где деньги?»: как маркетологу доказать свою ценность для бизнеса

Кристин Мурман,  Никита Авдюшко,  Пол Мэгилл

С конца февраля на ИТ-рынке произошло много перемен. Крупные иностранные компании объявили об уходе из России или приостановке операций, западные клиенты отказываются иметь дело с российскими подрядчиками. Некоторым организациям и специалистам некомфортно продолжать работу в российских условиях. Все это спровоцировало волну отъезда профессионалов за рубеж. Например, по сообщениям СМИ, из страны уехало несколько тысяч сотрудников «Яндекса». По оценкам Российской ассоциации электронных коммуникаций, в феврале — марте 2022 года страну покинули около 50—70 тыс. человек, работающих в сфере ИТ, а во второй волне могут уехать еще 70—100 тыс. Другие эксперты считают эти цифры завышенными. По словам управляющего директора компании Heads Partners Александра Абрамкина, отток ИТ-специалистов из России после начала военной спецоперации был существенным, однако объективно подсчитать количество уехавших невозможно. Но очевидно, что отъезд квалифицированных специалистов заметно осложняет работу многих компаний и госструктур. Неслучайно правительство РФ разработало срочные меры господдержки для ИТ-сектора (налоговые льготы, отсрочка от армии для ИТ-специалистов, льготная ипотека и проч.), чтобы удержать айтишников в стране.

В апреле Heads Partners совместно с EY провели опрос около тысячи российских айтишников, примерно 60% из этой выборки остались в стране, а 40% уехали. Исследователи задались целью проанализировать мотивационные факторы, влияющие на решение людей остаться или ­уехать из России, и выделили ­несколько ключевых причин.

В группе уехавших 20% респондентов отметили, что опасаются за личную безопасность. По мнению Александра Абрамкина, решение было во многом импульсивным, и если риски не реализуются, то люди с большой вероятностью вернутся (некоторые уже возвращаются). Еще 20% ответивших боялись закрытия границ, а 16% — отмены проектов с зарубежными клиентами. По сути, это влияет на возможность реализовать потенциал в решении масштабных задач, а для ИТ-специалистов самореализация — критически важный фактор. Кроме того, 11% респондентов и так планировали уехать, и события, связанные со спецоперацией, ускорили их решение.

Если цифровые кочевники или фрилансеры могут сорваться с места в любой ­момент, то с корпоративными специалистами ситуация сложнее. По словам Абрамкина, существенную роль в принятии решений об отъезде сотрудников играют лидеры компаний, в которых они работают. Если работодатель не согласен с действиями властей и считает, что Россию покинуть необходимо, а еще предлагает релокационную поддержку, то это в значительной степени формирует отношение сотрудников к происходящему и повышает вероятность отъезда. Например, один российский предприниматель, клиент Heads Partners, за несколько недель собрал костяк своей команды и перевез почти всех в другую страну, продолжив работу со своими заказчиками из Европы.

ИДЕЯ КОРОТКО

СИТУАЦИЯ

ИТ-рынок столкнулся с серьезным оттоком кадров ­— многие зарубежные компании уходят из России. Российские игроки, работающие с западными клиентами, также занимаются релокацией. Некоторые компании приостановили ИТ-проекты.

РЕШЕНИЕ

Многие работодатели воспользовались ситуацией и увеличили масштабы найма. Зарплатные ожидания кандидатов, особенно звездных, пока остаются на уровне прошлого года. Чтобы сохранить кадры, компаниям придется пересматривать свои мотивационные программы.

Можно было предположить, что Россию покинули более молодые специалисты, но исследование показало, что критических перекосов нет, а около трети уехавших из страны приходится на 30—35-летних.

В основной массе работодателям удалось избежать значительного оттока ИТ-кадров за рубеж. В каких-то компаниях удаленку из-за границы запретили, и люди решили остаться дома. Где-то с сотрудниками сумели договориться и погасить тягу к отъезду. Как рассказывает директор блока «Управление персоналом» компании Центр финансовых технологий (ЦФТ, Новосибирск) Ольга Давыдова, у некоторых сотрудников тревожные настроения сохранялись две-три недели: люди испытывали страх, их беспокоил негативный информационный фон. Вопросы о переезде задавали примерно 25 человек (в компании работает чуть больше 2 тыс. айтишников), однако от слов к действиям перешли лишь единицы.

Директор по персоналу «МТС Диджитал» Лия Королева отметила единичные случаи, когда люди решили уйти из компании. Если у кого-то из сотрудников была потребность работать удаленно из-за рубежа, вопрос решался индивидуально, по согласованию с руководителем. Такие случаи в масштабах компании также не являются массовыми.

Как следует из результатов опроса Heads Partners и EY, многие айтишники из тех, кто остался в России, основной причиной назвали семейные обстоятельства (33%), а 28% респондентов вообще не рассматривали вариант с переездом. Кроме того, 17% ответивших опасались возможных проблем с адаптацией на новом месте. А вот правительственные льготы и преференции для ИТ-сектора в качестве причины остаться оказались малозначимы — их выделили менее 1% специалистов.

Впрочем, часть айтишников из тех, кто остался в России, еще могут уехать. Примерно треть респондентов, опрошенных Heads Partners и EY, думает о релокации в течение года или двух. Многие специалисты ­— семейные и ждут, когда закончится учебный год, чтобы не отрывать детей от учебы. Так что если осенью геополитическая ситуация не нормализуется, стоит ожидать новой волны ИТ-эмиграции, причем люди будут уже действовать сознательно, а не на эмоциях. Рынок сейчас насыщен ­предложениями, где в описании вакансий сразу обозначают релокацию, а также зарплату в валюте. Айтишники конкурентоспособны в любой стране, и зарубежные компании будут рады нанять на работу профессионалов.

ИТ-рынок труда

ИТ-сектор пострадал от кризиса, хотя и в меньшей степени, чем другие отрасли. Аналитики компании IDC прогнозируют, что объем российского ИТ-рынка в 2022 году сократится на $12,1 млрд, или на 39%. Главная причина — санкции, приостановка проектов, сокращение поставок технологического оборудования, серверов, комплектующих и т. п. В то же время государство планирует обеспечить разработчиков масштабными проектами, а в крупных частных компаниях продолжается цифровизация. Во многих организациях предстоит трансформация ИТ-департаментов — западные системы будут со временем устаревать, бизнес изучает возможности перехода на новый стек технологий. Нагрузка на айтишников также вырастет. Более того, она уже увеличилась, особенно на специалистов по информационной безопасности — в последнее время заметно участились DDoS-атаки.

Судя по статистике сайта hh.ru, количество вакансий в сфере информационных технологий перед майскими праздниками снизилось на 29% по сравнению с концом февраля, а число активных резюме за последние 10 недель увеличилось на 43%. Многие компании рассчитывают, что сейчас на рынок выйдет огромное количество ИТ-специалистов, но это не совсем так. Одни фирмы прекратили найм, другие по-прежнему ищут людей. «Я бы сказал, что рынок труда вошел в режим ожидания, — говорит Александр Абрамкин. — Все работодатели так или иначе пересматривают свои планы. Компании, которые объявили об уходе из России, сейчас завершают дела и формально еще работают, поэтому особых сокращений пока не было, и люди неспешно ходят по собеседованиям». Возможно, через пару месяцев на рынке появятся специалисты, которые будут временно без работы. Пока же компании, которые уходят с рынка, стараются передавать своих сотрудников другим организациям. Некоторые работодатели готовы брать людей не под вакансии, а впрок, и даже целыми командами.

«Я работаю с персоналом в ИТ с 2006 года и могу сказать, что рынок труда в нашем секторе далек от насыщения. Общаюсь со многими коллегами, и все говорят, что люди очень востребованы. По разным оценкам, дефицит разработчиков, инженеров серьезного уровня и других ИТ-профессионалов составляет от 600 тыс. до 1—1,5 млн человек», — рассказывает Ольга Давыдова. В ЦФТ, например, наем продолжается прежними темпами — компания не сворачивала свои программы прямого поиска, а также набор в школы внешнего резерва для желающих развиваться в ИТ.

Как отмечает HR-бизнес-партнер компании QIWI Александра Белова, в конце февраля у кандидатов был период замешательства — кто-то приостанавливал поиск работы, отказывался от оферов. Однако рынок довольно быстро ожил. Сейчас в QIWI работает более 500 ИТ-специалистов в разных направлениях, и есть около сотни открытых вакансий. Точечный агрессивный наем позволяет собрать сильнейшие команды. За последние два месяца численность айтишников в компании выросла более чем на 6%, а скорость закрытия вакансий увеличилась в 2,5—3 раза. «Сейчас уникальный момент, потому что есть возможность привлечь ценных кандидатов, которые никогда не выходили на рынок труда», — говорит Белова. Впрочем, у ИТ-звезд даже сейчас много предложений — за неделю они получают десятки оферов.

«Рынка работодателя не будет, не стоит на это надеяться», — рассуждает Лия Королева из «МТС Диджитал». По ее словам, не все люди в текущих условиях готовы менять работу, тем не менее, количество новых сотрудников в компании заметно выросло. «Мы понимали, что нам предстоит масштабный рост, поэтому оптимизировали технологии найма и пересмотрели подходы к рекрутменту», — продолжает Королева. Так, в апреле «МТС Диджитал» наняла на 30% больше людей по сравнению с мартом (в штате более 5 тыс. человек, в основном ИТ-специалисты). Есть успешный опыт найма как отдельных специалистов, так и целых команд из компаний, которые уходят с рынка. Сейчас в «МТС Диджитал» более 600 вакансий, большая часть в области разработки, в том числе мобильной, дизайна, тестирования и т. д.

Вероятнее всего, в ближайшие несколько месяцев спрос на квалифицированных ИТ-специалистов сохранится. И, по словам Александра Абрамкина, наравне с ними будут цениться руководители, способные организовать команду из группы дорогостоящих, избалованных вниманием ИТ-перфекционистов.

Миллион за айтишника

Эксперты рынка труда считают, что единственная сфера, где зарплата будет успевать за ростом инфляции, — это ИТ. Например, часть компаний выплатила своим сотрудникам дополнительную зарплату. Однако доход в первую очередь станет зависеть от уровня самого специалиста и востребованности его профиля (скажем, iOS-разработчики уже не так популярны, как раньше). По словам Александра Абрамкина, ИТ-кадры довольно хорошо информированы об уровне зарплат, многие регулярно ходят на собеседования, даже если в данный момент не ищут работу — для них это как спорт.

«После 24 февраля зарплатные ожидания некоторых кандидатов выросли на 30—50%, а иногда и на 100%. Они объясняли это изменениями валютного курса, — рассказывает Лия Королева. — Впрочем, на рынке вскоре наступила коррекция». По словам директора по персоналу, говорить о зарплатных перспективах пока рано, но в условиях неопределенности некоторые кандидаты могут согласиться на переход, если работодатель пересмотрит распределение доходов в пользу фиксированной части.

«Мы пока не заметили у кандидатов падения зарплатных ожиданий. Кроме того, наши сотрудники показывают нам оферы, полученные от других компаний, — очень часто там фигурируют цифры выше рынка. Это свидетельствует о том, что компании готовы платить весьма высокую цену за профессионалов», — говорит Ольга Давыдова. И объясняет ситуацию не только дефицитом кадров. В последние годы компании запустили процессы автоматизации и цифровизации, многим организациям из производственной сферы, ритейла и других пришлось задирать зарплаты, чтобы привлечь нужных людей. Крупные банки и экосистемы сильно перегрели рынок ИТ-специалистов, и даже нынешний кризис вряд ли серьезно замедлит рост зарплат. «Если людей долго и вкусно кормили, то посадить их на диету мы не сможем», — говорит Ольга Давыдова. Вероятно, экосистемы будут резать косты, но этот процесс пока в самом начале.

Александра Белова также подтверждает, что айтишники точно не стали сговорчивее, особенно звезды, которые выбирают из десятков оферов: «Ожидания кандидатов остались на том же высоком уровне, как и в прошлом году».

Многим бывшим сотрудникам западных вендоров будет непросто адаптироваться в российских компаниях — это разные корпоративные культуры и подходы к бизнесу. По словам Александра Абрамкина, западные ИТ-игроки платили больше российских — в зависимости от позиции разница могла достигать 50% годового дохода. В последнее время разрыв сократился, однако далеко не все российские организации смогут предложить сопоставимые доходы. К этому нужно быть готовым.

Чтобы удержать айтишников и в то же время в моменте не переплачивать, компаниям стоит сосредоточиться на долгосрочных программах мотивации (LTI, Long Term Incentive), разного рода партнерских моделях, в том числе для линейного персонала. К опционным программам сейчас много вопросов, но, возможно, кому-то удастся разработать более или менее работающие варианты. Не стоит забывать и о нематериальной мотивации, заботиться о репутации и укреплять бренд работодателя.

«У нас всегда была долгосрочная система вознаграждений, но мир меняется, и мы в этом году ее адаптировали под новые реалии. Годовые бонусы выплатили досрочно, чтобы в условиях нестабильности люди чувствовали себя комфорт­но», — рассказывает Александра Белова. Для поддержания вовлеченности персонала в ход идет все, в том числе помощь психологов и командные мероприятия. СЕО компании несколько раз в неделю выходит на связь со всей командой. В офисе QIWI cделали комнаты для медитации, организуют разные активности: мастер-классы, арт-терапию и т. п.

По словам Ольги Давыдовой, бонусом становится дополнительный оплачиваемый отпуск, чтобы люди могли восстановиться после сложных проектов. ЦФТ много лет подряд организует лагерь для детей сотрудников. Кроме того, компания участвует в проектах с вузами — например, в работе финтех-магистратуры, созданной совместно с Новосибирским госуниверситетом. «Когда мы начинали проект, думали, что это будет дополнительная нагрузка на людей. А они увидели в этом особую ценность — возможность влиять на отрасль, — рассказывает Давыдова. — Такой стимул вряд ли можно пересчитать в деньгах».

В программисты с нуля

В условиях кризиса многие профессионалы из группы риска собираются сменить профессию и зайти в ИТ-отрасль. Так, в сервисе онлайн-обучения цифровым профессиям «Яндекс.Практикум» с конца февраля — начала марта на 30% вырос спрос на курсы для новичков, которые позволяют освоить ИТ-профессию с нуля. В основном они связаны с программированием, аналитикой данных и т. п. «Скажем, раньше человек работал маркетологом или водителем, а теперь решил стать Python-разработчиком», — рассказывает руководитель «Яндекс.Практикум» в России Евгений Лебедев. Для сравнения: на обучение, связанное с маркетингом, спрос упал более чем на 50%. По словам Лебедева, программы для продвинутых ИТ-специалистов пока тоже не очень популярны — людям сейчас не до повышения квалификации. Кроме того, сократились корпоративные заказы от компаний ­­— многие работодатели заморозили бюджеты на обучение.

Конечно, выпускникам курсов не стоит рассчитывать на спрос и зарплаты, как у опытных профессионалов. «Джунов» (начинающих разработчиков) могут рассмотреть в крупных компаниях, но отбор предстоит серьезный. Например, в QIWI есть сотрудники, которые раньше работали по одной специальности, а потом переучились на ИТ. Среди новичков есть бывший HR, а также девушка, которая сначала устроилась аналитиком, а после курса обучения перешла в разработку. «Я бы не сказала, что это массовая история, но такие случаи есть», — отмечает Александра Белова.

В «МТС Диджитал» действует стажерская программа по всем ИТ-направлениям, по итогам предполагается трудо­устройство. Но стоит помнить, что компании, которые могут себе позволить нанимать «джунов», стремятся начать с ними работу как можно раньше. Так, ЦФТ раньше организовывал образовательные программы для студентов 4 курса, потом 3-го, а сейчас для 1 курса и даже для гимназистов.

У айтишников есть два варианта продвижения по карьерной лестнице. Во-первых, можно стать экспертом в какой-то одной сфере, но при этом разбираться в ряде смежных областей. Например, Java-разработчик, который готов помочь команде с тестированием. Второй вариант — развивать глубочайшую экспертизу в какой-то одной сфере. Кроме того, необходимы и мягкие навыки: адаптивность, умение вести проекты и договариваться.

Несомненно, рынок труда в ИТ-сфере будет меняться. Часть иностранных компаний прекращает работу в России, многие специалисты уедут за границу безвозвратно, некоторые со временем вернутся. В новых условиях работодателям придется пересматривать методы привлечения сотрудников, разрабатывать новые программы мотивации, в том числе нематериальной. Несмотря на кризис, бизнес по-прежнему нуждается в ИТ-специалистах.